Преподобный Нил Постник

Преподобный Нил происходил из богатой и знатной фамилии. Знатность происхождения и отличное образование доставили ему почётную должность префекта константинопольского. Вступив в супружество с девицей, равной ему по состоянию, Нил имел детей: сына и дочь. Но вскоре в душе св. Нила родилась мысль разлучиться с женой, раздать своё имущество бедным и искать спасения своей души где-нибудь вдали от мира и его пороков. Вот как сам Нил рассказывает об этом:

– Было у меня двое детей. После рождения младшего из них, я разлучился с женой: душа моя жаждала покоя и безмолвия; я не мог ни о чём ином думать и ничего иного желать, кроме сего. Когда захотелось мне странствовать, я взял детей и привожу их к матери; дочь отдаю ей, сына удерживаю у себя; объявив ей о своём намерении, я прибавил, что не изменю своего решения. Она, не привыкшая противоречить и видя, что я не приму её просьб, со слезами согласилась на моё путешествие. Вы знаете сами, каково разлучаться соединённым союзом законного супружества, которые соделались одним телом, по воле сочетавших их. Разлука их не менее тяжела, как если бы меч рассекал тело[1].

Жена Нила с дочерью отправилась в Египет и поступила там в один из монастырей. А преп. Нил с сыном Феодулом удалился на Синай, где выкопал себе собственными руками пещеру близ одного монастыря, которая и была его жилищем. Это было очень уединённое и пустынное место, покрытое горами и ущельями, которые имели очень дикий вид и лишены были почти всякой растительности. В этих ущельях даже дикие звери не имели постоянных жилищ. Но для человека, который ищет спасения души и желает в отдалении от мирской суеты беседовать с Богом, это место вполне благоприятно[2]. Поселившись в Синайской пустыне, преп. Нил сделался строгим подвижником.

Вот его собственное описание жизни современных ему синайских подвижников: «из отшельников одни жили в шалашах, другие в пещерах и вертепах. Не многие из них употребляли в пищу хлеб, потому что возращение его стоило чрезвычайных трудов в безплодной пустыне. Для удовлетворения только необходимых потребностей, иные заступом возделывали немного худой земли. Многие питались зельем и ягодами, готовя себе простую, чуждую всяких приправ, пищу. Они тщательно предостерегали приготовлявших пищу, чтобы те не теряли много времени в заботах о теле и не опустили того, чем преимущественно должны заниматься. Иные принимали пищу только в день воскресный, соблюдая пост всю седмицу; другие – два раза в неделю, иные – через день. О деньгах у них и не слышно. Они не знают ни продажи, ни купли. Ибо всякий даром даёт другому то, в чём он нуждается, и взаимно получает даром то, чего сам не имеет. Огородная овощ, плоды, изредка хлеб – вот в чём выражается взаимная щедрость и любовь. Жилища они устрояли себе не в соседстве, но в расстоянии двадцати или более поприщ один от другого, желая в большей тишине благоугождать Богу и стараясь, чтобы беседа их с Богом не была ничем прерываема. Сходятся вместе они только в дни воскресные для совершения литургии и причащения св. Таин»[3]. Образ жизни подвижников синайских нашёл себе самого усердного подражателя в пр. Ниле. Он, сделавшись иноком, всё время проводил в строгом посте, молитве, пении псалмов и душеспасительном размышлении. Много скорбей и искушений пришлось испытать святому подвижнику. Но он не тяготился ими, а напротив, в подвигах и искушениях видел утешение и путь ко спасению. Святая жизнь подвижника, мудрость, которую он приобрёл частыми размышлениями, и духовная опытность были причиной того, что люди всякого звания, состояния и возраста часто обращались к нему, желая получить от угодника Божия совет или духовное утешение в затруднительных обстоятельствах. И св. Нил никого не отпускал от себя без урока, наставления и назидания. Угодник Божий много обличал еретиков, выступал на защиту православия, обличал пороки и защищал невинность.

Выступая на защиту истины и справедливости, пр. Нил не боялся говорить обличения и сильным мира сего.

Так, когда св. Златоуст в 405 г. был сослан в заточение, пр. Нил писал к императору Аркадию:

– Ты изгнал Иоанна, епископа Византийского, великое светило вселенной, и изгнал без вины, неосмотрительно последовав некоторым епископам, которые не имели приличных своему сану мыслей. Сознайся, что ты сделал худое дело, лишив церковь учителя, предлагавшего такое чистое и православное учение[4].

Св. Нил защищал Златоуста и в письмах к другим лицам. Когда сего святителя обвинили за обличения современных пороков, Нил говорил, что в таком случае тот же упрёк должно сделать и Иоанну Крестителю, что и Сам Спаситель строго обличал пороки иудеев.

Обличая, когда это было нужно, пр. Нил старался быть кротким и милостивым к согрешающим; он и другим советовал не обращаться слишком строго с людьми, заблуждающимися по немощи или неведению. «Не будь очень строг к падающим, писал пр. Нил к одному епископу, чтобы не подпасть тебе гневу Божию, хотя, по-видимому, ты ревнуешь и о благочестии. Не предавай без милосердия анафеме и не отлучай навсегда от церкви обманом вовлечённых в заблуждение, но обличи их, наставь, укрепи, утешь упованием на милосердие Божие, обнови, утверди, дай возможность отпавшим по козням диавольским от благочестия омыть себя слезами, очистить себя постом, просветить молитвами».

С особенной любовью и заботливостью относился пр. Нил к монахам. Зная святость жизни его и необыкновенную ревность о монашестве, многие пустынножители часто обращались к св. подвижнику за разрешением разных недоразумений, поверяли ему свою совесть, прося его дать им тот или другой урок монашеской жизни, то или другое наставление. И пр. Нил всегда спешил удовлетворить нуждам приходящих к нему, он всегда являлся мудрым наставником и руководителем. Мысли пр. Нила относительно иноческой жизни сохранились в его письмах, которые он писал инокам, и в сочинениях об иноческой жизни[5]. По мнению пр. Нила, для спасения души, к которому должен стремиться каждый из нас, необходимо отречься от мира.

– Внешние соблазны так сильны, – говорил он, – что живущие в мире иногда как бы против своей воли увлекаются ими и посему-то нужно оставить мир и искать покоя и тишины в пустыне, где ничто души не уязвляет, не поражает воображения, не раздражает страстей. Там око не видит соблазна, а чего не видит глаз, то не приходить на мысль, а чего нет в мысли, то не трогает воображения и не возбуждает страсти. Не развлекаемый ничем, пустынножитель имеет время и удобство для нравственного самонаблюдения и усовершенствования; он истребляет грех в самом корне, уничтожая помыслы и вожделения прежде, нежели они обнаружатся в действиях.

Забота о спасении души должна быть у пустынножителей главным делом, и даже всё остальное должно быть оставлено. Для поддержания тела нужно трудиться так, чтобы этот труд не сделался главным занятием; ибо это было бы жизнью по плоти. Пост для инока, по мнению пр. Нила, необходим.

«Начало плода – цвет, а начало деятельной жизни – воздержание. Поспешный путник скоро дойдёт до города, а воздержный монах скоро достигнет мирного состояния. Молитва воздержного благоуханна, как ароматы, высока, как полет молодого орла. Ум постника яркая звезда в ночи, а ум невоздержного покрыт тьмою безлунной ночи. Но вместе с постничеством монах должен украшаться и другими добродетелями, кротостью, терпением, особенно же послушанием и смирением. Иноки обязаны оказывать послушание во всём и полную преданность своим наставникам, чтобы сии могли без всякого препятствия руководствовать их на пути к добродетельной жизни. Они должны прилежно исполнять возлагаемые на них обязанности, даже и кажущиеся тяжёлыми, и не судить о распоряжениях начальников, потому что это может препятствовать успеху их в духовной жизни и притом они, как неопытные, могут заблуждаться в суждении своём. Братия обязаны слушать увещания отцов, поскольку не слушающий их заповедей есть преступник закона». Для успехов иноческой жизни особенно необходимы молитва и чтение св. писания. Во время молитвы «святые ангелы присутствуют с нами, молитва прогоняет от нас демонов; ибо для них она весьма противна и ненавистна, а для нас вожделенна и спасительна. Ибо что может быть выше, как беседовать с Богом и наслаждаться общением с Ним».

Подвизаясь в своей пещере, преп. Нил постник имел обыкновение посещать иногда окрестных отшельников. В одно из таких посещений толпа грубых сарацин напала на отшельников, разграбила запасы, которые были заготовлены на зиму, потом бросилась в церковь, где отшельники искали убежища. Грабители сняли с них одежды и убили священника Феодула.

Святой, наклонив голову, тихо произнёс:

– Благословен Бог и Спаситель, – и пал под ударами меча.

Умертвив ещё некоторых старцев, сарацины удалились, захватив многих в плен, в числе их был и сын св. Нила, Феодул. Горько плакал пр. Нил, видя с высоты горы, как варвары увлекали за собой его любимого сына. Ещё более увеличилась скорбь отца, когда один из взятых в плен, убежав от варваров, явился на Синай и рассказал, что Феодула они готовятся принести в жертву утренней звезде, которой они поклонялись.

Услыхав это, пр. Нил воскликнул:

– Господи Боже мой, не допусти погибнуть моему сыну от рук варварских!

Молитва его была услышана. Варвары приготовили уже всё нужное для жертвоприношения, но, упившись вином, они проснулись уже тогда, когда взошло солнце. Между тем нашлась возможность продать пленника, и юноша Феодул был продан одному купцу, который перепродал его, в свою очередь, епископу Елузийскому. Узнав о такой участи своего сына, преп. Нил отправился в Елузу. Велика была радость отца при встрече с любимым сыном! Благочестивый епископ с лаской принял пр. Нила, посвятил его в пресвитерский сан и, снабдив всем необходимым для дороги, с миром отпустил его вместе с сыном в любимую ими пустыню. Пр. Нил, по возвращении в пустыню, усугубил свои подвиги и умер в глубокой старости. Мощи святого Нила император Юстин младший[6] перенёс в Константинополь и положил в церкви св. апостолов в Орфанотрофии. Потом они хранились на Афоне[7].

[1] Прибавления к творчеству св. Отцов. 1857 г., ч. 16, стр. 8.

[2] Поселение христиан на Синае началось очень рано. По свидетельству Дионисия александрийского, многие христиане укрывались на Синае ещё во время гонения Декие (249–251). Сюда же удалились многие подвижники египетские во время страшного гонения Диоклитиана (284–305); здесь они отыскали те священные места, где горела и не сгорала купина, где Бог дал закон Моисею. Когда воцарился Константин Великий, мать его, св. Елена, соорудила небольшой храм на том месте, где Моисей видел купину и где находился колодезь, в котором дочери Иофора поили стада отца своего. Близ же этого храма, у подошвы Хорива, была выстроена крепкая башня. Когда прибыл на Синай Аммоний, монах из Конопа (ок. 373 г.), он нашёл здесь много отшельников, управлявшихся игуменом Дулой. По сказанию Аммония, отшельники жили в кельях, рассеянных по горам и ущельям, питались одними финиками, отказывая себе в вине, масле и даже печёном хлебе. В субботу вечером отшельники собирались в церковь и всю ночь проводили в молитве. В воскресенье они причащались св. Таин и потом расходились по своим кельям. Во время пребывания на Синае Аммония, сарацины сделали нападение на отшельников, убив из них до 40 человек. Подобные нападения делались часто арабами и бедуинами. В 6 веке император Юстиниан Великий (527–565), желая защитить пустынножителей от варваров, выстроил на Синае великолепный монастырь, оградив его крепкой каменной стеной. В новосозданной Синайской обители учреждено было строгое общежитие. Обителью управлял игумен, который, по определению пятого Вселенского собора, в Константинополе (536 г.), был вместе и епископом Синайской горы. В монастыре Юстинианом Великим был воздвигнут храм во имя Преображения Господня на том месте, где раньше св. Елена поставила небольшой храм. Здесь находятся 9 приделов, из которых особенно замечателен придел Неопалимой Купины. Под престолом показывается место, где, по преданию, явилась Моисею св. купина. Много превратностей испытал Синайский монастырь: несколько раз он подвергался опустошению и разграблению со стороны арабов, сарацин и бедуинов. Два раза падали стены и башни монастыря от землетрясения (1312 г.) и от ветхости (1791 г.). Но любовь и усердие знатных и богатых христиан всегда поддерживали Синайский монастырь. С конца 16 в. и до нашего времени пособия для Синайского монастыря истекают из Греции, Молдавии, Валахии и России. Благочестивые цари российские дозволяли синаитам сборы милостыни в своём государстве и посылали им богатые приношения. Так в конце 16 в. царь Иван Васильевич посылал на Синай с богатой милостынею Трифона Коробейникова; в 1687 г. государи Иоанн и Пётр Алексеевичи и царевна София Алексеевна пожертвовали богатую серебряную раку для мощей св. великомуч. Екатерины, покоящихся здесь в соборном храме. В настоящее время Синайский монастырь обладает очень скудными средствами, число братии его не превышает 30 человек. (Уманца поездка на Синай ч. 12; Арх. Порфирия первое и второе путешествие на Синай).

[3] Прибавления к творчеству св. Отцов. 1857 г., ч. 16, стр. 18–20.

[4] Прибавления к творчеству св. Отцов. 1857 г., ч. 16, стр. 29.

[5] Сочинения, в которых преп. Нил говорит об иноческой жизни, носят следующие названия: «Слово подвижническое», «Слово о произвольной нищете» и «Слово о превосходстве иноческой жизни».

[6] 565–578.

[7] Четьи Минеи. Сергий. Арх. Полный месяцеслов Востока, т. 2, заметки, стр. 18, 357. Прибавления к творчеству св. Отцов. 1857 г., ч. 16, стр. 5–53.